Генерал войск полиции (обращение «пан куринный» упорно не приживалось, умники произносили его исключительно как пан куриный, издеваясь над украинским языком и достоинством украинского офицера) Олесь Стыцюра был довольно молодым для своей должности — сорок один год — выходцем из Львова. Он хорошо знал русский, польский и английский языки — потому что в молодости был гастарбайтером в Европе, пока лавочку не прикрыли. Потом — делать было нечего — он устроился в полицию, довольно быстро дослужился до майора — просто он знал, где хапнуть, и всегда делился с начальством — а оно ценило молодого и пронырливого полицейского. Когда он только начинал, у власти в стране были еще «оранжевые» — и поэтому он записался в националисты, стал адептом фашиствующего Олега Лежебока. Когда же на улицах Львова появились бронеколонны освободителей — он одним из первых прибежал в ратушу, где расположилась польская комендатура, рассказал о предках, погибших при оккупации страны Красной Армией, и выразил самое горячее желание служить в миротворческих силах или где-нибудь еще, где он будет нужен. Поляки довольно быстро пробили его по базе — а база была, большинство националистических движений на Украине финансировались из фондов, за которыми стояли польская, британская и американская разведки, — выяснили, что майор Стыцюра действительно националист со стажем. Прямо в ратуше его повысили до полковника и сделали заместителем начальника львовской полиции порядка — начальником все же был поляк. Такие люди были нужны в новой Украине.

Потом он сделал еще один шаг наверх — по программе обмена его отправили на шестимесячные курсы переподготовки полицейских не куда-нибудь, а в академию ФБР в Квантико, штат Виргиния.